Дельфира! вот стихи, которых ты желала,
Но боле от меня вперед не ожидай!
Ты знаешь, я попал в поэты невзначай
С тех пор, как ты меня узнала.
Тогда я молод был, притворствовать не знал,
Ты показалась мне мила и добродушна.
Такою я тебя в стихах и называл,
И лира завсегда тебе была послушна.
Увы, как худо знал тогда я нравы, свет!
Я думал, что везде в Аркадии поэт;
Я думал, как пчела, сбирать в собраньях соты,
Учиться ловкости, свой разум украшать,
Давать красивые языку обороты,
Чтоб более потом в стихах моих блистать.
Но что же я нашел?.. Прощайте, лестны виды,
Все стихотворчески мечты!
Прощайте, Грации, и Сильфы, и Сильфиды!
Что вместо их, поэт, увидел в свете ты?
Там к дарованиям холодность иль презренье;
Тут осторожность, подозренье;
К кому пристать и чем начать свой разговор?
Там целый день молчать, потупя в карты взор;
Здесь заняло умы вчерашне производство;
Там хвалят бархатов московских превосходство
Иль мысль свою кладут на именинный пир;
А там один с другим в пресильном жарком споре,
Что новый старого красивее мундир.
Певец от скуки в горе
Переменяет круг, имея только дар
Живее чувствовать прекраснейшего цену;
Поет он Делию, иль Дафну, иль Климену,
Поет их острый ум, любезность, милый нрав,
Нимало не искав
Другого награжденья,
Как только с ними обхожденья,
Приятных для него в их обществе минут.
Но что ж его хвалы и здесь произведут?
Муж, видя мадригал супруге, ужаснется
И всем рассказывать знакомым понесется,
Что наш питомец Муз пленен его женой,
Которая его играет простотой.
Без памяти от ней. Жена из потаканья,
А более, боясь от мужа увещанья,
Усмешкой иногда иль взглядом подтвердит —
И вдруг наш бедненький пиит
Пойдет у всех за селадона.
Вот жребий здесь певцов и деток Аполлона
В награду за хороший стих!
Он в летах молодых не слишком нам ужасен,
Но в зрелость дней своих
Виною городских быть басен,
Признаться, тяжело, и легче во сто раз
Быть в обществе немым и позабыть Парнас.
