«Послушайте меня — я не совру»,
Кукушка говорила птицам —
Чижам, щеглятам и синицам:
«Была я далеко, в большом, густом бору;
Там слышала, чего досель не слыхала,
Как соловей поёт.
Уж не по нашему! Я хорошо певала,
Да всё не то! Так сердце и замрёт
От радости, когда во весь он голос свистнет,
А там защёлкает, иль тихо пустит трель:
Забудешься совсем и голова повиснет.
Ну что против него свирель?
Дивилась право я, дивилась…
Однако же не потаю:
По-соловьиному и я петь научилась.
Для вас, извольте, пропою
Точнёхонько как он — хотите?»
— «Пропой — послушаем.» — «Чур не шуметь — молчите!
Вот выше только сяду на суку.
Ну, слушайте ж теперь: ку-ку! ку-ку! ку-ку!»
Кукушка хвастуна на память мне приводит,
Который классиков-поэтов переводит.
