Было это еще до начала Московской битвы.
Решал Гитлер в Берлине: как поступить с Москвой? Думал, думал…
Придумал такое Гитлер. Решил Москву затопить водой. Построить огромные плотины вокруг Москвы. Залить водой и город, и все живое.
«Сразу погибнет все: люди, дома и Московский Кремль!»
Прикрыл он глаза. Видит: на месте Москвы бездонное плещется море!
«Будут помнить меня потомки!»
Потом подумал: «Э э, пока набежит вода…»
– Ждать?!
Нет, не согласен он долго ждать.
– Уничтожить сейчас же! В сию минуту!
Подумал Гитлер, и вот приказ:
– Разбомбить Москву! Уничтожить! Снарядами! Бомбами! Послать эскадрильи! Послать армады! Не оставить камня на камне! Сровнять с землей!
Выбросил руку вперед, как шпагу:
– Уничтожить! Сровнять с землей!
– Так точно, сровнять с землей, – замерли в готовности фашистские генералы.
22 июля 1941 года, ровно через месяц после начала войны, фашисты совершили первый воздушный налет на Москву.
Сразу 200 самолетов послали в этот налет фашисты. Нагло гудят моторы.
Развалились в своих креслах пилоты. Все ближе Москва, все ближе. Потянулись фашистские летчики к бомбовым рычагам.
Но что такое?! Скрестились в небе своими лучами мощные прожекторы. Поднялись навстречу воздушным разбойникам краснозвездные советские истребители.
Не ожидали фашисты подобной встречи. Расстроился строй врагов. Лишь немногие самолеты прорвались тогда к Москве. Да и те торопились. Бросали бомбы куда придется, скорей бы их сбросить и бежать отсюда.
Сурово московское небо. Крепко наказан непрошеный гость.
22 самолета сбито.
– Н да… – протянули фашистские генералы.
Задумались. Решили посылать теперь самолеты не все сразу, а небольшими группами.
Вновь 200 самолетов летят на Москву. Летят небольшими группами – по три четыре машины в каждой.
И снова их встретили советские зенитчики, снова их отогнали краснозвездные истребители.
В третий раз посылают фашисты на Москву самолеты. Новый придумали план гитлеровские генералы. Надо самолеты послать в три яруса, решили они.
Одна группа самолетов пусть летит невысоко от земли. Вторая – чуть выше. А третья – и на большой высоте, и чуть с опозданием. Первые две группы отвлекут внимание защитников московского неба, рассуждают генералы, а в это время на большой высоте незаметно к городу подойдет третья группа, и летчики сбросят бомбы точно на цели.
И вот снова в небе фашистские самолеты. Гудят моторы. Бомбы застыли в люках.
Идет группа. За ней вторая. А чуть поотстав, на большой высоте, – третья. Самым последним летит самолет особый, с фотоаппаратами. Сфотографирует он, как разрушат фашистские самолеты Москву, привезет снимки генералам…
Ждут генералы известий. Вот и возвращается первый самолет. Заглохли моторы. Остановились винты. Вышли пилоты. Едва на ногах стоят.
Пятьдесят самолетов потеряли в тот день фашисты. Не вернулся назад и фотограф. Сбили его в пути.
Неприступно московское небо. Строго карает оно врагов. Рухнул коварный расчет фашистов.
Мечтал фюрер уничтожить Москву до основ, до камня. А что получилось?
Биты фашисты. Москва же стоит и цветет, как прежде. Хорошеет от года к году.
