– Всё сделал? – спросил завхоз.
– Ага, – кивнул Паша.
– А ведро где?
– Тьфу ты, сейчас принесу! – Паша вспомнил, что забыл его в мастерской около стены.
Взяв ведро, Паша в третий раз пошёл по крашеным полам. У самой двери он поскользнулся и упал на спину. Ведро вылетело из руки, перевернулось в воздухе и остатки краски щедро обрызгали дверь и потолок…
– Моя мастерская – «изюминка» школы, – убеждённо говорил Михаил Кузьмич, когда они с директором шли по коридору. – Последний штрих: осталось только полы докрасить!
– А это ещё откуда? – спросил директор, увидев следы на полу. – Ну надо же, новый линолеум испортили!
Следы шли в обоих направлениях, но к мастерской становились значительно ярче.
– А я уже всё! – радостно доложил Паша, выходя им навстречу, – Принимайте работу! – и, повернувшись к ним оранжевой спиной, гордо повёл их в мастерскую.
– А кто здесь полы истоптал? – возмущённо бормотал Паша, идя по коридору. Шедший за ним Кузьмич молча сравнивал цвет его спины с цветом следов на полу. Дойдя до мастерской, Паша распахнул дверь.
Ослепительно оранжевый пол был исхожен в нескольких направлениях. У самого выхода, где Паша поскользнулся, краска была стёрта, двери и потолок забрызганы…
Ошеломлённый Кузьмич застыл на пороге, даже не замечая, как на него с потолка капает краска…
– Ничего себе, «изюминка»! – воскликнул директор. – Вот это последний штрих!
