«Квох!
Квох!
Нет врага близко!»
Все и вылезли, кто откуда: кто из-под шишки, кто из-за сучка, кто из ямки, кто из-за бугорка. Целая компания из-под пенька.
Улетела сорока от тетёрки, почистилась. И снова поглядывает — слушает.
Не идёт ли кто? Нет ли где еды? Нельзя ли у кого чего отнять-отобрать?
Порявкивает медведица. Не слушают её мишки. Балуются. Один по луже бьёт лапами — брызги летят. Мишке это нравится.
Другой на калину залез, качается, как на качелях.
Сорока тут как тут и кричит:
«Вижу!
Вижу!
Вы что делаете?»
Сразу медведица замолчала.
А мишки испугались. Глупые, а понимают: пока рычала, ворчала медведица — никакого врага не было. Можно было баловаться. А замолчала — значит, прятаться надо.
Мишка — из лужи, мишка — с калинки, и поскакали в чащу, где погуще, пока сорока от них не отвязалась.
Волчонкам волчица принесла еду. Каждый еду к себе потянул. Ворчат-рычат.
А сорока сверху как закричит:
«Я всё вижу!
Отдай!
Я вижу!»
Волки врассыпную, кто куда. А волчица от сороки не таится. Сорока над ней стрекочет; не понимает сорока, что волчица нарочно не прячется. От волчат её отводит.
Волчонки тем временем вернулись, добычу съели, сороке ничего не оставили.
Рысь ползёт к куропаткам. А они клюют, кормятся, ничего не замечают.
К ним сорока прилетела. Интересно ей, что эти куры клюют.
Шевельнулся кто-то в кустах. Взлетела сорока на ёлку и видит — подкрадывается к куропаткам зверь.
«Вижу! Я тебя вижу! Вот он где!»
Куры услыхали, на крыло поднялись. Рысь прыгнула, да так никого и не ухватила.
Чует пёс козий след, хочет коз отыскать и словить. А сорока тут как тут — стрекочет: «Вот он! Вот он!»
Услыхали дикие козы сороку — и ходу! Гнался за ними пёс — не догнал.
А сорока снова слушает, выглядывает — нет ли где еды-добычи?
