Ты живешь, маленький читатель, в чудесной стране, которая называется Союзом Советских Социалистических Республик. В 1987 году нашей стране исполняется семьдесят лет. Семьдесят лет прошло со дня свершения Великой Октябрьской социалистической революции. Революция, организатором которой была партия Ленина, в корне изменила жизнь народов нашей страны, изменила судьбы народов мира. Это большой праздник всех народов нашей великой страны!
Ты хорошо узнаешь свою страну, когда вырастешь, много поездишь по ней и много поработаешь. Ты узнаешь, кто строил твою страну до тебя и кто ее защищал. На Двадцать седьмом съезде советских коммунистов принята программа новой счастливой жизни для нашей страны и для ее народа. И. конечно, для тебя. Ты живешь в этой жизни. Тебе ее продолжать. Завтра тебе предстоит достраивать то, что не успели достроить старшие, тебе предстоит защищать то, что построили они, и построишь ты.
Эта книга поможет тебе совершить самое первое путешествие по земле, на которой ты живешь, — по Советском у Союзу.
А впереди тебя ждут новые книги, новые большие дела и новые дороги по нашей стране.
С чего все началось
У меня есть хороший друг. По-настоящему его зовут Дмитрием Васильевичем. Ну, а мы зовем его просто Димкой.
Лет Димке не мало, не много — пять. Почти как вам. И, уж конечно, Димка, как и вы, всем на свете интересуется.
Однажды Димка спросил меня:
— А мы с тобой где?
— В квартире, — ответил я своему другу.
— А еще где?
— В доме.
— А дом где?
— На улице.
— А улица?
— В Москве.
— А Москва?
— В Советском Союзе, — объяснил я.- Так наша страна называется. Знаешь?
— Знаю, — согласился Димка. — А какая она, наша страна?
Долго я думал, как рассказать Димке про нашу страну, и наконец предложил:
— Надо самому посмотреть, тогда поймешь.
— А как?
— По-всякому можно, — сказал я. — Лучше всего, конечно, пешком по стране пройти или на лошади проехать. Тогда все увидишь. Можно на машине, на поезде или на пароходе прокатиться. Тоже неплохо. Ну, а если побыстрее хочешь, можно на самолете. Всего, конечно, не увидишь, но кое-что …
— Давай на самолете! — предложил Димка. — А где самолет?
— Самолет в аэропорту, — сказал я.
— Поехали в аэропорт! — предложил мой друг.
Необычное путешествие
В Москве не один аэропорт, а несколько. Каждый день из них улетают сотни самолетов. И прилетает не меньше. Во все концы земли летят самолеты. И по всей нашей стране.
— В какой же аэропорт мы поедем? — спросил я своего друга.
Димка не растерялся.
— В самый главный! — сказал он.
Мы поехали в самый главный аэропорт. По улице Горького. Потом через Красную площадь. По мосту за Москву-реку. А там уже новая Москва начинается — Ленинский проспект. От Ленинского проспекта до аэропорта — рукой подать.
Вот мы и приехали в аэропорт. На летное поле заглянули. А на нем самолетов — видимо-невидимо. Есть маленькие, а есть и большие: ИЛ-62, ИЛ-86, TУ-134, TУ-154. Есть новые — ЯК-42. И вертолеты всех марок. Пассажирские, грузовые, вертолеты-краны.
Димка знает все самолеты и вертолеты. Он у нас специалист по технике.
— На каком полетим? — спросил я Димку.
— На самом большом, — ответил он.
Мы с Димкой сели в самый большой, необыкновенный самолет. Сели и полетели.
Ну, а раз самолет был необыкновенный, то и путешествие наше было не совсем обычным. Это был рейс через всю страну!
Главный город
Вот наш самолет поднялся в воздух, и у Димки дух захватило. Под нами лежал огромный город — площади и улицы, дома и парки, заводы и стадионы. И Кремль под нами проплыл, и Дворец съездов, и Москва-река.
— И это все Москва? — спрашивал Димка.
— Москва, — говорил я.
Внизу проплыли новые районы города. С большими домами и широкими проспектами. С кинотеатрами и школами. Со стадионами и площадями. С искусственными прудами и настоящими лесами.
— И это Москва? — интересовался Димка.
— Москва, — отвечал я.
Говорил, а сам тоже удивлялся. Уж очень велика Москва и красива и с каждым годом все больше и красивее становится!
— Москва — главный город нашей страны, — сказал я, — и главный город России.
— Самый главный? — спросил Димка. — На всей земле?
— Для нас — и на всей земле, — согласился я.
Машины и зубры
Наш самолёт полетел выше туч, выше облаков. Кроме неба, ничего не стало видно. Внизу облака, а справа солнце.
— Доволен? — спросил я Димку.
— Доволен, — ответил он. А потом подумал и сказал: — Нет, не доволен.
— Это почему же? — удивился я.
— Потому… — сказал Димка. — В самолёте лечу — доволен. А не вижу ничего — не доволен.
— Ну, это беда поправимая! Ведь самолёт наш необыкновенный…
Мы попросили лётчиков спуститься пониже. Спустились — и вскоре землю увидели. Эта была Украина.
— Там что? — спросил Димка, заметив на земле большие жёлтые квадраты.
— Пшеница. Из неё белый хлеб делают. Ел?
Димка только улыбнулся:
— Конечно, ел. А там?
— Кукуруза.
— А там?
— Сахарная свёкла. Из неё сахар варят.
— А там?..
Проплывали под нами и поля, и сёла, и города, и заводы. И самая главная украинская река Днепр. А на ней стоит главный город Украины — Киев, чудесный большой город-красавец.
Тут Димка посмотрел вниз и увидел плотину.
— А это что?
— Это электростанция, «Днепрогэс» называется, — объяснил я. — Когда-то она была самой большой в стране. А теперь есть другие — побольше. Кременчугская, например, или Каховская. Возле них целые моря на Днепре родились.
Рядом с Днепрогэсом тоже большой город. Улицы прямые, зелёные, заводские трубы подпирают небо.
— А это что?
— Город Запорожье, — сказал я и спроси своего друга: — А какие у нас самые маленькие легковые машины? Знаешь?
— Известно, «Запорожцы»! — ответил Димка.
— Верно, — согласился я. — Их здесь выпускают. А дальше будет Донбасс. В Донбассе уголь добывают, металл в домнах льют. Без угля и металла ни одной машины не сделаешь. А в украинском городе Львове автобусы выпускают: «Львов», «Турист» и «Спутник». Видел?
— Красивые! — подтвердил Димка. — Значит, на Украине всё есть?
— Вот мы с тобой над Москвой летели, — сказал я. — В Москве всё есть: и заводы разные, и фабрики, и школы. Так и везде. У нас в стране, куда ни поедешь, — всё есть. И все-таки в каждом крае, в каждой республике есть что-то своё, особое…
Только мы об этом заговорили, внизу появились сады и виноградники. Очень много садов, а виноградников и того больше.
— Это Молдавия, — объяснил я. — Молдаване растят для нас с тобой виноград и яблоки, груши и сливы, ягоды и табак.
— Табак? — удивился Димка. — Это для тебя.
— Пожалуй, верно! — согласился я. — Табак — это больше для меня. Зато компоты здесь для тебя делают.
— А где самые большие автомашины делают? — принялся за своё Димка.
— Сейчас увидим.
Как раз вскоре мы над Белоруссией полетели. Поля увидели — тоже разных цветов.
— Это лён, — объяснял я Димке. — А это картофель, а это капуста, а это…
Большой город Минск Димка и сам увидел.
— Вот здесь выпускают самые большие грузовики, — объяснил я. — Двадцать пять тонн поднимают, а есть — и сорок…
— «МАЗы» называются! — не дал мне досказать Димка. — А если поставить рядом «МАЗ» и «Запорожец», здорово получится, правда?
Хотел я Димку от автомобильного разговора отвлечь. Под нами была Беловежская пуща. Леса и леса. Конца им и края не видно.
— В этих лесах зубры водятся, — сказал я. — Слыхал о таких?
— Слыхал, — подтвердил Димка. — И в зоопарке видел. А ещё такие зубры на всех «МАЗах» сидят, на радиаторах. Я знаю. Верно?
Вот и попробуйте моего друга зубрами удивить!
Янтарь и наши пассажиры
Конечно, мы с Димкой летели не одни. Много пассажиров было в самолёте не считая нас. А с лётчиками и того больше. Были среди пассажиров и строители, и рыбаки, и животноводы, и инженеры, и военные моряки, и…
Об этом «и» обязательно надо рассказать.
Мы пролетели над Беловежской пущей. Прошло несколько минут, и вдруг один из наших пассажиров забеспокоился. Бегает по самолёту, то в один иллюминатор заглянет, то в другой. И при этом всё интересуется:
— Янтарный не пролетели? Не было ещё Янтарного?
Димка заинтересовался:
— Янтарный?
— А ты о янтаре не знаешь? Ну, брат, тёмный ты человек! — сказал беспокойный пассажир.
Димка чуть не обиделся:
— А что такое янтарь?
— Янтарь — это смола сосен, попавшая в море давным-давно, тысячи лет назад, — объяснил пассажир. — Стала смола в морской воде чудесным камнем. Вот мы и добываем его из моря. А посёлок, где живём и работаем, называется «Янтарный». Если хочешь — сойдём вместе, покажу тебе, как мы достаем янтарь, и даже брошку или бусы тебе подарю. Для мамы!
— Спасибо! — поблагодарил Димка.
В это время как раз под ними появился посёлок Янтарный. Он стоит прямо на берегу Балтийского моря. А за Янтарным — Калининград, а ещё Балтийск, а потом Рига, Таллин…
Здесь уже все пассажиры вступили в разговор.
— Янтарь — это хорошо! — сказал литовец. — Да только мы тоже из Балтийского моря кое-что достаём. Рыбу любишь? Так вот мы ловим рыбу для всей страны. и еще угря. Ел когда-нибудь?
— А мы суда строим для рыбаков, — сказал другой пассажир. — Чтобы рыбу ловить, хорошие суда нужны.
Димка посмотрел на море, а там целые флотилии рыболовецких судов плывут. Суда тянут за собой сети, а в сетях серебрится рыба. Много рыбы.
— Мы тоже рыбу в Балтийском море ловим, — сказал латыш.
— А мы горючие сланцы добываем, чтобы тепло было в домах. Сланцы не хуже угля говорят, добавил эстонец. — И рыбу мы ловим, и бумагу изготавливаем, и даём стране молоко и масло.
— А мы ещё радиоприёмники делаем и маленькие удобные автобусы «Латвия» называются. Слышал? — сказал один из пассажиров.
— А мы морские границы охраняем, — сказал военный моря. — В небе — на самолётах, в море — на кораблях, под водой — на подводных лодках. Чтобы все наши люди жили спокойно.
Димка опять не выдержал и спросил:
— И все вы здесь живёте, на Балтийском море?
— Конечно, — сказали пассажиры. — Все мы балтийцы: и калининградцы и литовцы, и латыши, и эстонцы…
Все живём-трудимся — друг другу помогаем хорошие дела делать.
Еще город, и тоже главный
Но вот наш самолет пошел на посадку.
— Вот и остановка, — сказал один из летчиков.
Димка посмотрел вниз, увидел огромный город и огорчился:
— Уже прилетели? Это Москва?
Я успокоил Димку:
— Нет, не Москва, это Ленинград. Тоже большой и славный город.
— Про Ленинград я знаю, — сказал Димка. — По телевизору видел. А почему он такой же, как Москва?
Как ответить Димке?
— Ленинград и такой, как Москва, — сказал я, — и не такой.
Большой город, верно. А вот красота у Ленинграда своя, особенная. И история у Ленинграда своя.
— А какая красота особенная?
— Сейчас сам увидишь.
Пока наш самолет готовили в дальнейший путь, успели мы с Димкой немного по Ленинграду прокатиться. По его прямым и красивым улицам, по набережной Невы, где стоит крейсер «Аврора», мимо здания Смольного и памятника Владимиру Ильичу Ленину, мимо Русского музея и памятника Александру Сергеевичу Пушкину. И конечно, мимо Медного всадника — памятника Петру…
— В очень давние времена были на этом месте не улицы и площади, — объяснил я Димке, — а непроходимые болота и леса. При Петре Первом построили здесь город. А много-много лет спустя в этом городе под руководством Владимира Ильича Ленина началась революция. Ленин руководил революцией из здания Смольного.
А началась она по сигналу крейсера «Аврора». Значит, и наша Советская власть как бы с этого города началась, с выстрела крейсера «Аврора».
И сейчас крейсер «Аврора» стоит на Неве. На него юные моряки-нахимовцы приходят учиться морскому делу. И просто разные люди из нашей страны и из других стран, как приедут в Ленинград, обязательно придут на «Аврору» посмотреть. Необычный это корабль, исторический!
— А что в Ленинграде делают? — спросил Димка.
— Тракторы самые большие — «кировцы», атомные ледоколы, турбины для электростанций, станки и поточные линии, которые без человека сами работают…
Понравился Димке Ленинград. И улицы его, и парки, и дома, и заводы, и памятники.
— Как в Москве, — сказал Димка.
— А может, и лучше, — добавил я. — Улицы в Ленинграде прямее, чем в Москве.
— Может, — согласился Димка. — Ведь Ленинград тоже главный! город! Верно?
Волга-кормилица
С берегов Балтики мы перемахнули на берега великой русской реки Волги. Да не в те места Валдая, где начинается Волга. Там она вовсе и не великая и ничем не знаменитая речушка. А подальше, к городу Горькому, где Волга сливается с другой большой русской рекой — Окой.
Близка река Волга всем нашим людям. На Волге, в городе Ульяновске, Владимир Ильич Ленин родился. На Волге в давние времена русские люди вставали на борьбу со своими врагами. На Волге, под Сталинградом, в последнюю войну наши воины разбили фашистов.
Хороша Волга! Недаром зовут ее рекой-красавицей. Еще называют Волгу рекой-кормилицей.
— Что хочешь загадывай! — предложил я Димке. — Все на Волге найдешь!
— Так и все? — засомневался Димка.
— Все! — сказал я.
Димка задумался. Так задумался, что я решил: «Сейчас задаст мне какую-нибудь задачу!»
Так и есть. Придумал.
— А машины?
Тут я уже не выдержал — рассмеялся:
— Да ты вниз смотри! Ярославцы шины и автомобильные моторы выпускают. А ниже на Волге … Видишь — завод. Как раз на нем, автомобили тоже делают — и грузовые и легковые. Из легковых ты «Волгу» знаешь и «Чайку». Грузовики и вездеходы «Уазики».
А в городе Тольятти делают легковые машины, «Жигули», или «Лада», как их иностранцы называют. А из Татарии, с берегов Камы, по всей стране идут могучие КамАЗы. Автомобили с прицепами! Целые грузовые поезда. Вот она, Волга!
Мой друг вновь подумал и другой вопрос задал:
— А пароходы?
— Смотри! — опять сказал я.
Вниз по реке плыли могучие теплоходы, проносились быстроходные суда на подводных крыльях — «Ракеты», «Метеоры» и «Вихри». Их тоже на Волге делали.
На самоходных баржах везли по Волге легковые и грузовые машины, пшеницу и нефть, сборные дома и одежду, станки и рыбу, помидоры и арбузы. И все это тоже с Волги.
Перегородили Волгу большие плотины. Настоящие моря получились.
От плотин и электростанций во все концы страны тянутся мачты с проводами. Это Волга дает электрический ток нашей стране.
По берегам Волги в земле лежат большие черные трубы. Что в них? Газ и нефть. Это Волга кормит страну газом и нефтью.
Тысячи городов и селений раскинулись по берегам Волги. Есть среди них и старые, и новые, да только все они выглядят как молодые. Много строят наши люди. Строят русские и татары, чуваши и удмурты, мордва и марийцы. Каких только народов нет на Волге!
А живут все одинаково хорошо и вместе думают о том, как еще лучше жить.
Димка смотрел, слушал, а сам о чем-то о своем думал.
— А космонавты? — наконец спросил он.
— И Юрия Гагарина, и Германа Титова можно волжанами назвать, — сказал я. — Ведь их космические корабли приземлились в Поволжье, в Саратовской области.
— Не Юрий Гагарин, а Юрий Алексеевич Гагарин, — поправил меня Димка. — А Титова зовут Герман Степанович. И правда, выходит, что Волга — всем рекам река.
Не автомобиль, а по земле шагает
А вот и Урал под нами. Есть на Урале и горы высокие, и степи бескрайние, и леса дремучие.
В горах — руды ценных металлов, разные камни-самоцветы, в степях — моря пшеницы, в лесах и тундре — дорогой зверь, в реках — рыба.
Только я наполнил Димке про Урал, а он уже интересуется:
— А Чапаев на Урале был? Я песню знаю: «Ходил по Уралу Чапаев-герой».
— Правильно, — подтвердил я. — Чапаев воевал на Урале, защищал наш город от врагов. И после Чапаева на Урале много-много героев родилось. В годя войны они строили самые могучие танки и пушки, а потом на врага шли и побеждали. А сейчас они строят тракторы для полей и шагающие экскаваторы, добывают руду и делают автомобили. Наш народ называет Урал и могучим и героическим.
И еще зовут Урал кузницей. Потому что Урал даёт стране очень много металла.
Больше всего моего друга заинтересовали шагающие экскаваторы.
— А какие они? — спросил Димка.
— Сами по земле ходят, — сказал я, — и одним ковшом сразу большую машину нагружают.
— А как они по земле ходят?
— На двух башмаках, или, правильнее сказать, лыжах, — объяснил я. — Приподнял одну лыжу — вперёд поставил, затем другую — тоже вперёд, так и передвигается.
Тут наш разговор услышал один из пассажиров.
— Шагающие экскаваторы на нашем заводе строят, молодой человек, — сказал он Димке. — А завод наш называется «Уралмаш».
— Значит, тоже на Урале, — сообразил Димка, — раз «Уралмаш».
— Точно! — подтвердил пассажир. — У нас на Урале!
Самая большая, самая богатая
Еще одна остановка, и наш самолёт полетел вдоль линии жележной дороги. Не высоко, не низко летел самолёт, да всё равно было видно: бегут по железной дороге поезда один за другим. Из Москвы и Лининграда. С Украины и из Белоруссии. Из Прибалтики и Поволжья. А люди в них едут всё молодые. Поют, смеются, как на праздник едут. Одно слово — комсомольцы.
— Куда они едут? — спросил Димка.
— В Сибирь и на Дальний Восток, — сказал я.
— А что это такое?
— Сибирь и Дальний Восток — самая большая, самая богатая у нас в стране земля, больше всей Америки, — объяснил я. — Вот и едут комсомольцы туда жить и работать.
Много часов мы летели над Сибирью и Дальним Востоком. И такое видели, что Димка только успевал задавать вопросы:
— А это какая река?
Пришлось мне назвать все реки, над которыми мы пролетали: и Обь, и Иртыш, и Ангару, и Енисей, и Амур, и Лену.
А когда я Лену назвал, Димка очень удивился:
— Лена? Как наша?
Лена — старшая Димкина сестра. Живёт она теперь и работает на новых землях — в Целинном крае.
Объяснил я Димке, что река Лена, к сожалению, не в честь его сестры называна.
— А в Целинном крае, где твоя Лена живёт, мы еще побываем.
А Димка уже другой вопрос задаёт:
— А это какой город: А это?
Много городов в Сибири и на Дальнем Востоке. Много старых, а много и новых: Братск, Ангарск, Амурск, Находка. В глухой тайге растут всё новые и новые города и заводы.
Не так растут, как прежде. Раньше каждый дом по кирпичикам собирали, долгая работа! А теперь иначе. На заводе делают целые стены домов, и лестницы, и потолки. Подъёмный кран ставит новый дом быстро, как в сказке. Месяц прошёл — и дом готов. Справляй новоселье!
На самых больших сибирских реках строятся мощные электростанции. Плывут по рекам пароходы. Буксиры тянут плоты с лесом.
На озере Байкал, которое не меньше моря, люди ловят чудесную рыбу — омуля, а на бескрайних целинных землях Сибири комбайны убирают богатый урожай.
На севере Сибири добывают алмазы и смелые охотники-чукци охотятся на моржей.
Камчатка
...Пролетели мы Сибирь и Дальний Восток, попали на другой конец нашей страны — на Камчатку. Камчатка — край огненных гор, вулканов. И правда видим, как дымятся сопки. На сопках еще снег лежит, а на полях уже растут картофель и капуста, куры и утки огромными стадами пасутся. В море вышли корабли — за рыбой, за крабами Далёк их путь в море зато и добыча велика. Больше всех в стране добывают жители Камчатки крабов. И рыбы ловят много. И зверя.
— А какая здесь погода? — спросил меня Димка. Он был очень удивлён.
Сейчас июнь месяц. Вроде бы лето. Когда мы с Димкой из Москвы улетали, там уже зелени было много, и солнце светило жарко, и люди были легко одеты.
А здесь под нашим самолётом то снега лежали, то цветы цвели и травы зеленели.
— Смотри, на санях едут! — заричал Димка.
Через минуту посмотрел в окно:
— Смотри, в реке купаются! Почему здесь и зима и лета сразу — спросил Димка.
— Здесь не только зима и лето, а и осень и весну сразу можно увидеть. Очень большая зима сибирская и дальневосточная! Если бы мы на поезде по ней ехали, то за много-много дней не проехали эту землю. А на самолёте видишь как быстро!
И верно. Если бы походили мы с Димкой по Сибири да по Дальнему Востоку пешком, то повстречали бы в одно и то же время и зиму, и лето, и весну, и осень.
Вот по Северному Ледовитому океану атомный ледокол «Ленин» плывет — разрезает могучим носом льдины, а по берегу на санных собачьих упряжках ребятишки едут. Зато на реке Амуре в это время уже лианы цветут и мальчишки в воде бултыхаются, на солнце загорают.
На Камчатке в море не очень покупаешься. Зато там же, возле сопок, из-под земли горячие ключи бьют. В них можно купаться круглый год, даже зимой. Вокруг лежат многометровые снега, а в горячей воде жарко. Купйся — не хочу.
На Севере, где белые медведи живут, люди кутаются в шубы, а в Южно-Сахалинске щеголяют в одних рубашках, как летом. В Усть-Камчатске пурга метёт, а на реке Уссури хлещет тропический ливень. Хлещет ливень, но уссурийским тиграм и в дождь жарко!
В городе Омске жара, а в городе Игарке на реке Енисее прохладно. И всё это в начале июня.
Да только наши люди, где бы они ни жили, одинаково хорошо трудятся!
Пустыня и люди
Из Сибири перенёс нас самолёт в Среднюю Азию.
Где бы мы с Димкой ни были, где бы ни летели, температура в самолёте была одинаковая. И в холод нам не было холодно, и в жару не жарко. Но это в самолёте.
— А на земле как? — задал новый вопрос Димка.
На земле Средней Азии было очень жарко. На Камчатке, как солнышко выглянет из-за туч, люди радуются. А в Средней Азии солнце с утра до вечера печёт, нет от него пощады. На Камчатке воды хоть отбавляй — и море, и океан, и реки, а здесь не хватает рек, воды не хватает. На Камчатке столько дождей — хоть в займы отдавай, а тут за лето прошло два-три хороших дождя — праздник. Приходится людям бороться с природой. За воду бороться, за урожай, против жары и солнца бороться!
— А как с природой борются? — спросил Димка.
— Смотри вниз! — посоветовал ему я. — Увидишь!
А внизу, и верно, всё видно. Перекопали люди землю и каналами и арыками — воду по ним пустили. На хлопковые поля, на виноградники, в сады. А через большую пустыню Кара-Кумы, где на сотни километров, куда ни посмотри, один песок, прорыл народ Туркмении Каракумский канал. Длинный канал, да только мал он для бескрайней пустыни. Потому и роют его дальше. Скоро он до самого Каспийского моря дойдёт. Экскаваторы на канал работают, землечерпалки. А для того чтобы не зарастал канал ненужными водорослями, пустили в него много рыб, которых специально привезли.
Рыба "белый амур" прожорлива: все растения в воде поедает и очищает канал.
— А там, где нет каналов, как же? — спросил Димка.
— А там, где нет каналов, — сказал я, — летят самолёты — поливают рожь и пшеницу. А по земле поливальные машины ходят с длинными трубами — настоящий искусственный дождик.
Был когда-то Казахстан бедным, пустым краем. Солнце выжигало землю, ничего на ней не росло. А теперь смелые люди приехали в эти края и изменили их так, что не узнать. Построил новые города и посёлки. Улицы в них прямые. Зелени и садов много, в вокруг на многие километры лежат поля.
На что уж быстро наш самолёт летел, а поля всё никак не кончались. По дорогам пылили грузовики и тракторы, по берегам рек и озёр гуляли табуны лошадей и верблюдов. А иногда и осликов можно было заметить, хотя и малы они ростом! А ещё научились в этом краю люди руду добывать и сталь варить. Чтобы умные машины из не делать. А главное — вспахали целинные земли и засеяли их зерном.
Как только Димка услышал о целинных землях Казахстана, он спросил:
— А Лена где?
— Там, — сказал я, показав вниз. — И не только твоя сестра. Тысячи людей со всей нашей страны приехали в Казахстан, чтобы вырастить много-много хлеба. Сотни людей приехали в Ашхабад и Ташкент, когда там случилась беда — землетрясение. Приехали на помощь друзьям.
Пролетели мы над Казахстаном. Пролетели над Киргизией, Узбекистаном, Таджикистаном и Туркменистаном.
Жители Средний Азии вмести со своими друзьями — русскими, украинцами, белорусами — растят для страны богатые урожаи хлеба. И не только хлеба. В Казахстане, Киргизии, Узбекистане, Таджикистане и Туркменистане — на всей большой земле Средней Азии цветут сады и хлопковые поля, пасутся огромные стада овец.
Сады — это яблоки и груши, персики и сливы.
Хлопок — это одежда, ткани для платьев, костюмов и рубашек.
Ну, а овцы — это и шерсть и мясо.
Много овец в Средней Азии.
Попробуй всех сосчитать — не сосчитаешь.
Стада овец пасутся в горах.
Как только овцы поели траву в одном месте, их в другое перебрасывают. Да не всегда пешком, подчас и на самолётах и на вертолётах.
Хотя и не очень привыкли животные по воздуху летать, а всё равно довольно. Глядишь, часа не прошло, а овцы оказываются на новом пастбище с сочной травой. Ради этого стоит и на самолёте пролететь!
На берегах трёх морей
Чем ближе подлетали мы к Каспийскому морю, тем чаще видели нефтяные вышки. В песках Каракумов — вышки. В самом море — вышки. И на берегах Каспийского моря — вышки. В Туркмении и на Кавказе, в Азербайджане добывают люди много нефти. А без нефти, известно, ни машина не поедет, ни теплоход не поплывет, ни самолет не полетит. Да что там машины! Разве только бензин делают из нефти? И одежду, и меха, и даже отдельные части машин!
Но Кавказ не только дает нашей стране нефть. Железные руды и стада овец, фрукты и хлеб, виноград и машины — все это есть на Кавказе: в Грузии, Армении, Азербайджане и на землях России.
На Кавказе живут, как в песне говорится, «дети разных народов». Многих народов! И живут очень дружно, и трудятся дружно.
А еще тем. знамениты кавказцы, что умеют танцевать хорошо, песни петь и на конях скакать. Так хорошо, что посмотришь на них — самому захочется!
Пролетели мы над высокими Кавказскими горами и опять к морям вылетели — сначала к Черному, а потом к Азовскому.
— А что это? — спросил Димка, показав вниз.
Внизу мы увидели красивые дома в зелени садов и парков, песчаный берег моря.
— Здесь люди отдыхают,— сказал я.
На берегах трех морей — Каспийского, Черного и Азовского — построено много санаториев, домов отдыха, пионерских лагерей. Хорошо в них отдохнуть — полечиться, позагорать, в соленой воде искупаться!
Для себя и для других
На Чёрном море мы с Димкой увидели много кораблей. На них грузили тракторы и пшеницу, грузовые автомашины и станки.
— И на Балтийском море так же, — сказал Димка.
— Правильно!
— И на Дальнем Востоке.
— Верно.
— А куда они плывут? — спросил Димка.
— В разные страны, — сказал я. — Наши люди не только для себя работают, но и другим народам помогают хорошо жить. В Индию и в Польшу плывут корабли со станками для новых заводов. На Кубу и в Африку — с зерном и машинами. Во Вьетнам и Болгарию, Монголию и Венгрию, в Корею и Югославию, в Германскую Демократическую Республику, Чехословакию и Румынию и в разные другие страны плывут корабли, идут поезда, летят самолёты с нужными товарами. Под землёй по трубам идёт к друзьям наша нефть, а по проводам — электрический ток. Пусть не только мы будем жить хорошо, но и все люди на земле.
Страна, где мы живем
Всю страну облетели мы с моим другом и всюду что-нибудь интересное встречали. На Украине и в Молдавии хорошо, и в Белоруссии интересно. О Прибалтике можно много рассказывать, и о Волге никак не меньше. Чего только не повидали мы на Урале, в Сибири, на Дальнем Востоке, в Средней Азии и на Кавказе! Но настал конец нашему путешествию — вернулись мы в Москву.
— Как, доволен? — спросил я своего друга.
— Ух! — сказал Димка, и «ух», видно, означало, что путешествие ему понравилось.
— Так какая же она, наша страна? — спросил я Димку.
— Большая! — сказал Димка.
— А еще?
— Богатая!
— А еще?
— Сильная!
— А еще?
— Дружная!
— А еще?
— Добрая!
— А еще?
Тут Димка подумал-подумал и добавил:
— Наша!
— Верно! — согласился я. — Страна — наша! Она и большая, и богатая, и сильная, и дружная, и добрая! А станет наша страна еще богаче, еще сильнее, еще красивее. Потому что советские люди под руководством партии коммунистов хорошо трудятся, строят новую, счастливую жизнь. А называется эта новая, по-настоящему счастливая жизнь коммунизм!
