В пустыне

Жара совсем невыносимая, и кругом ни капли воды. Вдруг далеко среди песков блеснуло озеро. По краям оно бе­лое от соли. Скорее туда, уже видны зелёные тростники, и какие-то птицы кружатся над водой.

Сейчас подъедем, остановимся и… Что же это такое? Озеро дрожит в раскалённом воздухе, тает и — нет ничего, только пески да пески. Это мираж, видение пустыни.

5

А вот и лесок. Это уже не мираж, а самый настоящий саксауловый лес. Корявые деревца с поникшими узкими листьями, как будто они завяли от жары. Но узкие листья почти не испаряют влагу, а чтобы достать её, саксаул пустил корни глубоко в песок, на десятки метров.

Верблюды подгибают передние ноги, потом задние. Тюки с грузом снимают и пускают верблюдов кормиться.

Никуда не уйдут верблюды от зелёных листочков, они их объедают вместе с ветками.

Люди накрывают войлоком саксауловый куст и в тени отдыхают.

Маленькие полосатые ящерки бегают по веткам, а кото­рая покрупнее, вынырнет из песка, свистнет, другая ящерка откликнется. Пробегутся и прямо на глазах тонут в песке, чтобы не испечься на солнце.

Ночью ящерки охотятся на жуков, весь песок исчиркан хвостами и лапками.

6

Да не только ящерки оставляют следы на песке. Вон след гюрзы, она охотилась ночью на ящериц, сусликов и птичек. Теперь она притаилась где-нибудь в кустах. Надо осторож­но ходить по саксауловому лесу. Гюрза — злобная и ковар­ная змея. Подпустит человека близко, раскроет пасть, бро­сится и ударит своими страшными зубами. Внутри зубов у гюрзы дырочки, через которые из мешочка брызнет яд.

Вон маленькая стрела-змея обвилась вокруг ветки, вы­ставила, как сучок, головку и ждёт. Но стрела-змея совсем не страшная, только мышь да мелкую ящерку она может укусить.

7

Жара спала, пора собираться, а то не успеем до темноты добраться до колодца.

Верблюды не хотят уходить из саксаулового леса. Опять они подгибают колени, ложатся на песок, их навьючивают, они не хотят вставать. Кричат, тяжко стонут и фыркают, но вот успокоились и зашагали дальше.

Скорее, надо торопиться: над пустыней нависла мутная мгла и верхушки барханов курятся песком. Поднялся ветер, началась песчаная буря.

Ветер несёт песок.

Верблюды ложатся на землю, люди укрываются мешка­ми, палатками.

Ночью буря стихла.

Каравана нигде не видно — песок и песок.

Вдруг из песка отказывается верблюжья голова, вто­рая, третья…

Верблюды и люди отряхиваются—и снова в путь.

Сейчас ночь, и караванщик ведёт караван по звёз­дам.

8

Где-то над пустыней летит вертолёт, всё ближе, ближе… Пролетел над караваном и полетел дальше, к геологам, они ищут нефть и воду в пустыне.

Вертолёт везёт им письма, продукты.

Верблюды не боятся, когда он стрекочет над ними; они привыкли, они часто видят вертолёты и самолёты, которые летают на дальние пастбища к чабанам или везут врача в дальний кишлак.

9

Быстро наступает рассвет в пустыне. Вот небо посветле­ло, край пустыни стал розовым, и, словно из песков, пока­залось солнце. Над красными барханами пролетела стайка пустынных куропаток-саджей. Куда они летят? Конечно, к воде. И караван идёт к воде, и далеко промелькнули анти­лопы-сайгаки. Их еле заметишь — как будто не бегут, а летят.

Верблюды ускорили шаг: скоро колодец.

10

Вот и колодец. Он совсем низкий, вокруг обложен кам­нем. Рядом бадья — длинное деревянное корыто для воды, и ворот, на который наматывается верёвка.

Колодец широкий и очень глубокий.

Когда караван подъехал, из колодца вылетела стая ди­ких голубей. Голуби услышали, как бренчит колокольчик у верблюда-вожака.

Колодец изнутри оплетён саксауловыми ветками, чтобы стенки колодца не осыпались. В колодце на ветках голуби вьют гнёзда: ведь в- пустыне нет деревьев, негде голубям вы­водить птенцов.

Верблюды толпятся, тычутся мордами в корыто. Вода в колодце солёная, но верблюды не отходили от корыта и пили, пили, пока не раздулись бока. До следующего ко­лодца далеко, а впереди знойная пустыня.

Когда караван уйдёт, прилетят дикие птицы и выпьют остатки воды из лужицы в корыте до капли. Да не только птицы, вон за барханами торчат лисьи уши; лисы тоже ждут, когда мы уйдем.

Ночью над колодцем соберутся антилопы-сайгаки и бу­дут до рассвета дышать, дышать влажным воздухом.

(Илл. Митурича М.)