Дания богата легендами об исторических личностях, церквах и господских усадьбах, о холмах, полях и бездонных болотах, о великом моровом поветрии, о днях войны и мира. Предания эти запечатлены в книгах и живы в устных народных сказаниях; словно птичьи стаи, легенды крылаты, и все они так же разнятся одна от другой, как дрозд от совы или горлинка от чайки. Послушайте меня, и я расскажу вам несколько из них.
Как-то в старину, когда враги напали на датскую землю, произошло сражение, в котором датчане победили, а на поле боя осталось лежать множество убитых и раненых. У одного из них, бойца вражеского войска, пушечным ядром оторвало обе ноги. Поблизости от него остановился датский солдат и достал флягу с пивом; едва он поднес горлышко к губам, как тяжело раненный враг попросил у него попить. Не успел датчанин наклониться и протянуть ему флягу, как раненый выстрелил ему в грудь из пистолета, но промахнулся. Датчанин отвел протянутую уже руку, выпил сам половину фляги, а остальное отдал врагу со словами: «Ах ты, мерзавец! Получай же теперь вполовину меньше!»
Узнав об этом, король пожаловал солдату и его потомкам дворянский герб, на котором в память о его поступке была изображена опустошенная фляга.
Прекрасная легенда о церковном колоколе из Фарума тоже просится, чтобы ее рассказать. Рядом с церковью находилась пасторская усадьба. Однажды темной осенней ночью пастор засиделся допоздна, сочиняя воскресную проповедь, как вдруг ему послышался странный звук, как будто загудел церковный колокол. Стояла безветренная погода, поэтому пастор удивился, отчего гудит колокол. Он встал из-за стола, взял ключи и отправился в церковь. Когда он вошел внутрь, колокол умолк, но тут до его слуха донесся сверху чей-то глубокий вздох.
— Кто здесь? Кто нарушил покой церкви? — громко вопросил пастор.
С колокольни послышались спускающиеся по лестнице шаги, и на пороге показался мальчик.
— Не сердитесь! — сказал он. — Я там спрятался во время вечерней службы. Матушка моя тяжко больна…
Дальше мальчик не мог говорить, его душили слезы. Пастор погладил ребенка по щечке, сказал, что не надо бояться, и попросил рассказать, в чем было дело.
— Говорят, что матушка — моя милая, добрая мамочка! — скоро умрет. А я знаю, что от смертельной болезни можно выздороветь, если кто-нибудь не побоится пойти ночью в церковь и соскоблить с большого церковного колокола немного ржавчины. Говорят, это может спасти человека от смерти. Поэтому я забрался на колокольню и ждал, когда часы пробьют полночь. Мне было так страшно! Я все время думал о мертвецах, которые придут в церковь. Я не смел оглянуться назад, но я сказал молитву и соскоблил немножко ржавчины с колокола.
— Пойдем отсюда, дитя мое, — сказал пастор. — Господь наш не покинет твою матушку и тебя.
И вот они вдвоем пошли в убогое жилище, где лежала больная женщина. Она мирно спала спокойным сном. Господь даровал ей жизнь, и Божье благословение воссияло над нею и над ее сыном.
Есть еще предание о бедном пареньке Поуле Вендельбо, который достиг почета и сделался знаменитым человеком. Поуль Вендельбо родился в Ютландии. Он так усердно учился, что сдал студенческий экзамен, однако больше, чем студентом, ему хотелось стать солдатом и побывать в чужих странах. Однажды, гуляя вместе с двумя молодыми приятелями из богатых семей на городском валу Копенгагена, он рассказал им о своей мечте. Нечаянно остановившись перед домом одного профессора, он поднял голову и увидел сидящую у окна девушку, ее красота поразила Поуля и его спутников. Увидев, что он покраснел, они в шутку предложили:
— Войди в дом, Поуль. Если ты добьешься, что она тебя сама поцелует на наших глазах перед открытым окном, то мы дадим тебе денег на путешествие, тогда ты сможешь поехать за границу испытать свое счастье — может быть, там тебе повезет больше, чем дома.
Поуль Вендельбо вошел в дом и постучался в гостиную.
— Отца нет дома, — сказала девушка.
— Не сердитесь на меня! — ответил юноша и залился краской. — Я пришел не к вашему батюшке!
А затем он просто и откровенно поведал ей о своем желании повидать свет и честными заслугами сделать себе имя. Он рассказал девушке и про двух приятелей, оставшихся стоять на улице, которые пообещали ему денег на путешествие при условии, что она сама его поцелует у раскрытого окна. Он смотрел на девушку, и лицо его выражало такую благородную прямоту и чистосердечие, что она перестала на него сердиться.
— Вы нехорошо поступили, обратившись с такими словами к порядочной и скромной девушке, — сказала она, — но вы мне кажетесь достойным человеком, и я не хочу мешать вашему счастью!
С этими словами она подвела его к окну и поцеловала. Друзья сдержали данное обещание и снабдили юношу деньгами. Он поступил на службу к русскому царю, участвовал в сражении под Полтавой и снискал себе славу и знатное имя. Потом, когда потребовалось послужить родной стране, он вернулся в Данию, стал знаменитым полководцем и был призван в королевский совет. В один прекрасный день он наведался в скромное жилище профессора, но, как и в первый раз, не затем, чтобы повидаться с хозяином дома: ему опять нужна была хозяйская дочка Ингеборг Виндинг, чей поцелуй стал залогом его удачи. Спустя две недели Поуль Вендельбо Лёвенарн справил с ней свадьбу.
Однажды остров Фюн пережил страшное нашествие, все было сожжено и разграблено. Уцелела только одна деревенька, но и той грозило неминуемое разорение. На краю деревни в приземистом домишке жила чета бедняков. Дело было зимой. Смеркалось. Вот-вот должны были нагрянуть враги. Измученные тревожным ожиданием обитатели домика схватились за книгу псалмов и наугад раскрыли ее, уповая, что попадут на псалом, в котором найдут утешение и поддержку. Книга раскрылась на псалме «Оплот надежный наш Господь», они его пропели. Воспрянув духом и укрепившись в вере, оба спокойно легли и мирно проспали до утра. Когда они проснулись, кругом было темно и дневной свет не проникал в окна. Они хотели выйти, но дверь не поддавалась. Тогда они залезли на чердак, открыли слуховое окно и увидали, что на дворе ясный день, а весь дом по самую крышу завален снегом; и враги, которые ночью разграбили и спалили всю деревню, прошли мимо их дома, не заметив его. Муж и жена набожно сложили руки, возблагодарили Бога и еще раз пропели псалом «Оплот надежный». Бог защитил их, воздвигнув вокруг домика снежный заслон.
Из Северной Зеландии пришла к нам повесть о мрачном происшествии, которое будоражит воображение. В Рёрвиге церковь стоит на самом краю города, среди песчаных дюн, за которыми волнуется бурный Каттегат. Однажды под вечер там бросил якорь большой корабль; говорят, что он принадлежал русскому военному флоту. Ночью кто-то постучался в калитку пасторской усадьбы; несколько вооруженных людей в масках велели священнику надеть облачение и следовать за ними в церковь. Они обещали ему хорошее вознаграждение, а в случае отказа угрожали расправой. Священник отправился с ними в церковь. Внутри при зажженных свечах находилось собрание незнакомых людей, в храме царило молчание. Перед алтарем стояли в ожидании жених и невеста, одетые роскошно, как особы высокого звания. Невеста была бледна как смерть. Едва кончилось венчание, раздался выстрел, и невеста бездыханною упала перед алтарем. Тело подняли и понесли вон, следом за носильщиками удалились все остальные. Наутро корабль снялся с якоря и уплыл. До сего дня никто не смог объяснить это происшествие. Священник, который был его участником, записал все, что видел, в Библию, которая сохранилась у его потомков. Старинная церковь по-прежнему стоит меж дюн на берегу бурного Каттегата, а эта история хранится в записи и в памяти людей.
Надобно рассказать вам еще одну легенду, которая тоже связана с церковью. Жила-была в Дании на острове Фальстер богатая дама из знатной фамилии; она была бездетна, и род ее обречен был пресечься с ее смертью. И вот она решила пожертвовать часть своих богатств на возведение величественной церкви. Когда строительство было закончено и свечи на алтаре возжжены, она подошла к алтарю и, преклонив колени, обратилась к Господу с молитвой, чтобы он ради ее благочестия даровал ей столько лет земной жизни, сколько простоит ее церковь. Шли годы. Поумирала ее родня, померли старинные друзья и знакомцы, все старые слуги из родового замка давно упокоились в могиле, а она, пожелавшая себе такой злой участи, все не умирала. Одно за другим сменялись перед ней чуждые поколения, она ни с кем не зналась, и с нею не знался никто. Она давно выжила из ума и влачила бессмысленное существование, одинокая и всеми заброшенная; чувства ее притупились, она жила словно во сне, но не умирала. Каждый сочельник жизнь на миг вспыхивала в ее теле и к ней возвращался голос. Тогда слуги должны были по ее повелению укладывать ее в дубовый гроб и относить в церковь, где было приготовлено место погребения. Священник должен был в рождественскую ночь являться к ней на поклон, чтобы выслушать ее распоряжения. Ее укладывали в гроб и относили в церковь. Туда являлся по ее повелению священник, подходил к приготовленной открытой могиле посреди церкви и поднимал крышку гроба, где лежала истомившаяся ожиданием древняя старуха, которой и во гробе не было покоя.
— Стоит ли еще моя церковь? — вопрошала она дребезжащим голосом.
И, услыша ответ священника, что церковь стоит, она тоскливо и тяжко вздыхала и снова ложилась на свое смертное ложе. Священник опять закрывал его крышкой и оставлял до следующего Рождества, а там опять до следующего. Ныне церкви уж нет, от нее не осталось камня на камне, не осталось ни следа от погребенных в ней покойников. И только большой куст белого боярышника растет на этом месте; каждую весну он покрывается дивными цветами, это цветение подобно знамению, свидетельствующему о воскресении мертвых. Говорят, что этот куст вырос на том месте, где стоял гроб знатной дарительницы и где ее прах смешался с землею.
Есть старинное народное предание, в котором говорится, что когда Господь изгнал с небес падших ангелов, часть из них упала на холмы, с тех пор они там и живут, и их называют горным народом, или троллями. Тролли боятся грома и прячутся от грозы, потому что в громе они слышат голос, звучащий с неба. Другая часть упала на пустынные равнины и зовется эльфами; их женщины очень красивы, но им нельзя верить, сзади они пустотелые, и спина у них впалая, точно корыто. Другие попадали на дома и крестьянские дворы и стали домовыми, это малютки ниссы. Они не прочь по-соседски водить с людьми знакомство, и о них ходит множество удивительных историй.
Так вот! В глубине высокого холма в Ютландии жил под землею тролль с целым выводком своих соплеменников. Одна из его дочерей вышла замуж за деревенского кузнеца. Тот был злым человеком и частенько бивал свою жену. В конце концов ей надоело это терпеть, и однажды, когда он опять вздумал ее побить, она взяла в руки подкову и переломила над его головой. У нее была такая силища, что она могла бы без труда и его самого переломить, как подкову. Поразмыслив над этим, он перестал награждать ее колотушками. Однако среди людей начались толки, про кузнечиху пошла нехорошая молва — теперь все узнали, что она дочь тролля. С тех пор никто во всем приходе не хотел с нею знаться. Наконец прослышал об этом тролль. И вот как-то в воскресный день, когда кузнец с женою пришли в церковь и среди других прихожан дожидались у дверей священника, кузнечиха взглянула на фьорд и увидела, что над водой заклубился туман.
— Сейчас батюшка пожалует, — сказала она, — осерчал старый!
Тролль явился и впрямь сердитый.
— Как хочешь, дочка: ты ли будешь кидать мне людишек, а я ловить или мне кидать, а ты будешь ловить? — спросил тролль, нетерпеливо бросая на прихожан алчные взоры.
— Я буду ловить! — ответила она, зная, что в лапах тролля людям не поздоровится.
И вот тролль принялся хватать одного за другим и перебрасывать через церковную крышу, а она бережно подхватывала их по другую сторону. С этого дня у нее наладилась дружба с прихожанами: в том краю было много троллей, и люди их побаивались. Поэтому все поняли, что с такими соседями лучше не ссориться, а пользоваться по знакомству поблажкою. Всем известно, что у троллей припрятаны под землей большие котлы, полные золота; никто не отказался бы разжиться золотишком, зачерпнув оттуда горсточку, но для этого надо было так исхитриться, как сумел один находчивый мужик. Сейчас я расскажу вам про него и про мальчишку, который оказался еще хитрее.
У этого мужика среди поля был холм. Жалко ему было глядеть, что столько земли зря пропадает, и вот однажды он стал пахать на склоне, но тут из холма вылез тролль и спрашивает:
— Как ты смеешь пахать мою крышу?
— Не знал я, что здесь твое жилище, — отвечал мужик. — Только ведь нам с тобой обоим невыгодно, чтобы столько земли пропадало понапрасну. Позволь уж мне вспахать ее и засеять! А как созреет первый урожай, ты заберешь себе все, что вырастет на земле, а я то, что будет под землей, а на следующий год сделаем наоборот.
Так и сговорились. В первый год мужик посеял морковку, а на следующий — жито. От моркови троллю досталась ботва, а от жита — корешки. Так они и зажили в добром согласии.
Но вот однажды у мужика случились крестины. Как тут быть? Нельзя же обойти приглашением тролля, с которым они водили дружбу! Но коли тролль примет приглашение, что тогда подумают о нем священник и все прихожане? Мужик хоть и был хитер, а тут ничего не мог придумать, как ему выкрутиться. Он рассказал о своей беде мальчишке-свинопасу — тот был еще хитрее.
— Я тебе помогу, — сказал мальчишка.
Он взял большой мешок и отправился к холму, где жил тролль. Он постучался, его впустили. Войдя, он объявил, что пришел передать троллю приглашение на крестины. Тролль принял приглашение и обещал прийти.
— Послушай, ведь на крестины, кажется, принято дарить гостинцы? Верно?
— Верно. По обычаю так принято, — сказал мальчишка и подставил мешок. Тролль насыпал ему денег.
— Так будет довольно?
Мальчишка взвесил мешок на руке.
— По большей части как раз столько и дарят.
Тогда тролль высыпал ему все, что еще оставалось в котле.
— Так много никто не дает, обыкновенно дарят поменьше.
— А скажи-ка мне теперь, кого из именитых людей сосед ожидает в гости?
— Трех священников да одного епископа, — сказал мальчишка.
— Ишь как знатно! Ну да ничего! Эти господа смотрят, как бы им поесть да попить, до меня им и дела нет. А еще кто будет?
— Еще будет Богородица.
— Гм-гм! Ну, ничего! Авось для меня найдется местечко где-нибудь за печкой! Хорошо, а еще-то кто придет?
— Ну а еще придет Господь.
— Гм-гм-гм! Вот уж знатный гость! Да ничего! Знатные гости любят прийти попозже и уйти пораньше. А я затаюсь от них в сторонке и отсижусь где-нибудь в укромном уголке. А какая у вас будет музыка?
— Барабанная! — сказал мальчишка. — Хозяин заказал громового грохоту, под эту музыку мы и будем плясать! Гром у нас будет греметь!
— Ой! Подумать только, какие страсти! — воскликнул тролль. — Передай спасибо твоему хозяину за приглашение, но я уж лучше дома посижу. Разве он не знал, что гром и барабаны для меня и всего моего племени страх как противны? Однажды в молодости я вышел погулять, а гром как загрохочет, барабанные палочки заплясали да и съездили меня ненароком по ляжке, так что и кость пополам. Нет уж! Хватит с меня такой музыки! Скажи хозяину, что сосед, мол, благодарствует и велел ему кланяться.
Мальчишка закинул мешок за спину, воротился восвояси и принес хозяину богатые дары с поклоном от соседушки.
Много есть у нас преданий в этом роде, однако на сегодня, пожалуй, хватит того, что здесь рассказано.
1870