Кот в сапогах и Людоед

Было утро. Вставало солнце над зелёной бархатной страной, где жили великаны и людоеды. К счастью, они попадались там не так уж часто. В основном там жили обыкновенные люди. И вот трое из них, Пьер, Жан и Жак-простак, сидели на траве под раскидистым дубом.

"Дон! Дон!" – плыло над землей. Это печально звенели колокола в сельской церкви.

– Умер наш батюшка, мир его праху, – сокрушённо сказал Пьер.

– Как же нам теперь быть? – со вздохом промолвил Жан.

– Делать нечего, надо делить наследство, – сказал Пьер.

– Ну что ж… – согласился Жан.

– Я по праву заберу себе мельницу, – подумав, рассудил Пьер. – Кто помогал батюшке молоть зерно? Вон я до сих пор весь в муке.

Старший сын встал и зашагал вверх по узкой тропинке к мельнице, стоявшей невдалеке. Захлопнул за собой дверь. И скоро закрутились, завертелись большие крылья мельницы на холме.

– А я возьму себе осла, – вставая, заявил средний брат. – Кто помогал батюшке насыпать зерно в мешки? Так я и буду возить муку в пекарню.

Жан поднялся, отвязал осла, который тут же щипал травку, сел на него и уехал не оглядываясь.

Жак-простак даже не заметил, что остался один. Так он был погружён в свои печальные мысли. Он поднял голову и огляделся.

– Вот те на! – удивился он. – Вижу, братья мои пристроились. А я? Помогал всем без отказу, а на деле остался ни с чем. И идти мне некуда.

Жак лёг на траву, закинув руки за голову, и продолжал рассуждать, глядя в ясное небо.

– Братья всё прибрали к рукам, остался один кот. Нечего сказать – наследство. Правда, славный котище. Бывало, зимой продрогну на сеновале, а он ляжет рядом, прижмётся, вдвоём всё теплее. И мышей ловить мастак. Да мне-то что в этом проку! Нет, видно, помирать мне с голоду, не иначе.

Неожиданно Жак-простак услышал звон шпор. Он поднял голову и тут же вскочил на ноги. Он увидел, что к нему по зелёной полянке направляется какой-то важный господин. Был он невысокого роста, но, несомненно, это был какой-то маркиз или граф. Бархатный плащ задевал головки цветов, а из-под низко надвинутой шляпы торчали острые задиристые усы.

Жак-простак вскочил и почтительно поклонился незнакомцу.

– Что вам угодно, господин? – робко спросил он. – Может, вы заблудились, так я укажу вам дорогу. Только тут у нас поблизости ни одного замка.

– Не узнаёшь меня, хозяин? – послышался знакомый мурлыкающий голос. И важный господин сорвал с себя шляпу.

Жак-простак от изумления вытаращил глаза.

– Это ты, мой кот? Сроду бы не догадался. Как? Откуда?

Кот с важным видом упёр лапу в бок.

– Что, хорош? Я даже заглянул в лужу и полюбовался на себя.

– Но откуда ты это всё раздобыл? Я смотрю, у тебя и сапоги со шпорами.

– Это целая история. Да ты садись поудобнее, не стесняйся.

Кот скинул с себя плащ. Расстелил его на земле, и они уселись рядышком.

– Так вот, иду я, хозяин, по дороге. Вдруг слышу, откуда-то из-за деревьев – крики, вопли, брань, проклятья. Гляжу, с десяток разбойников напали на рыцаря. Какие рожи, какие ножи! А рыцарь, на беду, ростом не вышел – эдакий щупленький, хилый, где уж ему справиться с такими бандитами. Ну, я, конечно, сразу – на помощь. Одного исцарапал, другого… Рыцарь, не будь дурак, вырвался и бросился наутёк. Ветер сдул с него шляпу, сорвал плащ. А сапоги он сам сбросил, чтобы бежать было легче. Рыцарь убежал босиком по лесной дороге. Разбойники – за ним. Да где им его догнать! А шляпа, бархатный плащ, сапоги так и остались лежать в канаве. Да ты только посмотри, какие сапожки, слов нет! Славно я принарядился!

Тем временем на ветку дерева села небольшая птичка с хохолком. Наклонив голову, она с интересом прислушивалась, стараясь не проронить ни словечка. Глазки её блестели от любопытства.

– Одно плохо, – вздохнул Кот. – У знатных вельмож, я сам видел, на шляпах торчат перья. А у меня, погляди-ка, ни перышка.

– Кстати, это дело поправимое, – послышался сверху тоненький голосок. – Ты меня так позабавил своим рассказом, за это – вот тебе лучшее перо из моего хвоста!

Птичка вырвала из хвоста длинное переливчатое перо, и оно, кружась и покачиваясь, опустилось на землю возле Кота. Кот в восторге схватил перо и тут же заткнул его за ленту своей шляпы.

– Спасибо тебе, милая птичка. Как раз то, что мне не хватало. Клянусь всей сметаной на свете! Никогда в жизни не обижу больше ни одной птички!

– Всё это очень хорошо, – уныло сказал Жак-простак. – Но нам с тобой даже негде преклонить голову.

– Не вешай нос, хозяин! – воскликнул Кот. – Что-нибудь да придумаем. Лишь бы ветер унёс это облачко. Когда светит солнце, мне в голову сразу приходят чудесные пушистые мысли.

– Кстати сказать, я знаю одну укромную полянку. Там в кустах можно свить из ветвей преуютный шалаш, – прочирикала птичка.

– Слышит моё ухо, горит мой глаз, – пробормотал себе под нос Кот. – Чую, ждет нас что-то необыкновенное. Может, как раз наша судьба скачет сейчас по лесным чащам.

Птичка полетела к лесу. На лету она обернулась и прощебетала:

– Кстати, меня так и зовут: птичка Кстати!

Солнце стояло уже высоко и заметно припекало. Жак-простак вконец умаялся, ломая гибкие ветки для шалаша. Кот, сбросив шляпу и плащ, помогал ему вовсю. Птичка Кстати тоже старалась вовсю, она затыкала листьями дырки в зелёной крыше. Шалаш получился на славу. Скрытый кустами, он был незаметен, а большой узловатый вяз бросал на него густую тень.

– Кстати сказать, – заметила птичка, – что-то я раньше не видела здесь этого вяза.

– Мало ли деревьев в лесу, все не упомнишь, – беспечно сказал Кот и отломил нижнюю ветку вяза. Ему показалось, что дерево глухо вскрикнуло. Но Кот не обратил на это внимания.

– В этом шалаше мы и будем коротать наши дни. – Жак невольно вздохнул. – Немного одиноко, конечно…

– О чём ты говоришь, хозяин! Ведь я с тобой! – воскликнул Кот. – Здесь на природе мне будут приходить в голову чудесные пушистые мысли. А о пропитании ты не заботься, это уж я возьму на себя.

– Кстати сказать, я буду вас частенько навещать. – прощебетала птичка Кстати. И, мелькнув пёстрым оперением, полетела по своим совершенно неотложным делам.

Усталый Жак задремал в новом лесном жилище на охапке листьев. Кот, как всегда, примостился рядышком. Шляпу и плащ он повесил тут же на сучок вяза, но сапоги не снял. Расстаться с ними он был просто не в состоянии.

Откуда-то издалека послышался лай собак, крики ловчих и звуки охотничьих рогов.

– Вот тебе и укромное местечко, – проворчал Кот, приоткрыв один золотой глаз. – Поспать не дадут после такой работёнки. Надо же, королевская охота на наши головы! Не буду будить хозяина по всяким королевским пустякам. Не буду – и всё. – Кот уткнулся носом в плечо Жака и снова задремал.

Звуки рогов стали понемногу отдаляться. Но тут раздвинулись ветки жимолости, и на полянку вышла девушка неизъяснимой красоты и прелести. На голове у девушки сияла корона, которая, правда, немного съехала набок. Её атласные башмачки промокли насквозь, а за кружева зацепилось несколько листочков.

– Боже мой, вконец заблудилась! – озираясь, проговорила принцесса. – К тому же пришлось перейти вброд ручей. Интересно, куда подевались эти зануды – мои придворные дамы? Они же должны с меня глаз не спускать!

Принцесса сорвала лесной колокольчик, и он зазвенел у неё в руке.

– Чудо, какая полянка, прелесть! – проговорила она, оглядываясь. – А как пахнет шиповник! Отдохну здесь на траве. Фрейлины должны меня найти, это же их обязанность.

Принцесса достала носовой платок. Платок был из тончайших кружев, просто кусочек облачка с вышивкой. Она обмахнула разгоряченное лицо и вдруг прямо-таки застыла на месте.

Из-под нависших ветвей старого вяза на неё смотрели жадные, горящие дьявольским огнём глаза. Ей даже послышалось, что корявые губы прошептали: "Принцесса! Принцесса!"

– Ах! – в ужасе вскрикнула бедняжка и, как подкошенная, упала без чувств на шелковистую траву.

С могучего вяза посыпались листья, словно налетел осенний вихрь, зашумели, закачались ветви. В тот же миг старое дерево исчезло, вместо него на поляне стоял смуглый широкоплечий человек, укутанный в зелёный бархатный плащ. У него было угрюмое надменное лицо, одна бровь выше другой, а у пояса висел длинный кинжал в драгоценных ножнах.

– Моё маленькое сокровище, наконец-то я нашёл тебя. До чего мила! Сколько я пересмотрел принцесс, ни одна с тобой не сравнится, – произнёс человек в зелёном плаще, наклоняясь над принцессой. Он протянул к ней хищные длинные руки. – Проклятая охота! Я уже хотел подойти к тебе, но тут на меня накинулись собаки. Мне пришлось превратиться в старый пень. Когда ты перебиралась через ручей, я уже собрался протянуть тебе руку, но тут налетели охотники. Мне пришлось превратиться в мокрый камень. Наконец я решил подождать тебя на поляне, но здесь какой-то дурень строит шалаш, и я обернулся вязом. Какая досада, что ты так не вовремя упала в обморок. Впрочем, не беда. Сейчас не лучшее время для знакомства. Я хочу явиться перед тобой во всём своём блеске и великолепии. Решено, аппетитная малютка, ты станешь моей женой.

Человек в зелёном плаще повернул кольцо с чёрным камнем на пальце. И тут же превратился в огромного зелёного шмеля. Громко жужжа, шмель покружился над принцессой и исчез.

Кот потянулся и открыл глаза.

– Кто-то тут нахально разжужжался, какая-то дрянная муха.

Он выглянул из шалаша и ахнул.

– Фырбырмяу! Куда подевался старый вяз? Моя шляпа, плащ – всё валяется в траве! Пока мы спали, кто-то спилил дерево и увез. Нечего сказать, укромное местечко! А это кто? Принцесса! Несомненно, принцесса! К тому же прехорошенькая. И какая удача, как раз в обмороке.

Кот быстренько надел шляпу и принялся изо всех сил тормошить спящего Жака:

– Хозяин, хозяин, проснись! Не упусти случай.

– Чего тебе? Отстань, – сонно проворчал Жак.

– Тут в траве принцесса. Лежит без чувств. Ну что же ты! Давай шевелись. Скорее!

Жак вылез из шалаша и остановился потрясённый.

– Какая красавица! Я и подойти боюсь.

– Не бойся, не бойся. Сразу же поцелуй её.

– Ты думаешь? А она не рассердится? – с сомнением спросил Жак.

– Чудак, давно известно, если принцесса в обмороке, её надо тут же поцеловать. Они это просто обожают. Целуй! Чего тут думать.

Жак-простак опустился на колени. Он наклонился над принцессой, вглядываясь в её бледное личико, и робко поцеловал в губы. Ресницы принцессы затрепетали. Она тихонько вздохнула и открыла глаза.

– Кто вы? – изумлённо спросила принцесса.

– Я? – растерялся Жак. – Я просто сын мельника…

– Ничего не просто, – вмешался Кот. – Мы решили тут немножко пожить на природе, вот он и говорит всем, что – сын мельника.

– Но я не вижу в этом ничего плохого, – сказала принцесса, вставая и отряхивая с платья травинки.

– А на самом деле перед вами маркиз Карабас и его пушистый слуга, – любезно сказал Кот, снимая шляпу и раскланиваясь.

– Никакой я не маркиз! – Жак сердито толкнул Кота локтем в бок. – Меня зовут Жак-простак.

– В душе он настоящий маркиз, поверьте, принцесса, – промурлыкал Кот.

– Да я и сама это вижу, – улыбнулась принцесса. Как много было в её улыбке!

За деревьями послышались тревожные женские голоса:

– Ваше Высочество, где вы? Где вы?

– Как не вовремя! Сейчас появятся из кустов их длинные любопытные носы, – с досадой сказала принцесса.

– Прощайте, принцесса, – тихо проговорил Жак. – Наверно, я вас больше никогда не увижу, – грустно добавил он.

– Почему же! – возразила принцесса. – Я сегодня как раз свободна. Завтра и послезавтра – тоже. Приходите ко мне во дворец.

– Во дворец! – ахнул Жак.

– Конечно, конечно. Мы придём! Всенепременно, – подхватил Кот.

– Так я вас жду, Жак, то есть маркиз Карабас. Не забудьте, сегодня вечером в саду моего замка…

Принцесса с нежностью посмотрела на Жака, затем раздвинула кусты жимолости и скрылась. Голоса. Топот коней. Всё затихло.

Жак в отчаянии повернулся к Коту:

– Что ты натворил, чудовище! Я влюбился в неё. Влюбился на всю жизнь. Теперь мне остаётся только умереть от любви.

Жак упал лицом в траву. И так остался лежать неподвижно.

– Погоди, хозяин, не умирай, – испугался Кот. – Что ты! Что ты! Поживи ещё немного. Увидишь, я что-нибудь придумаю. Ведь я не просто Кот, а Кот в сапогах и шляпе.

Кот фыркнул на пробегавшего за кустами кролика, да так, что тот опрометью бросился прочь, только мельк нули серые уши.

А Кот задумчиво замурлыкал свою любимую песенку: