Медвежонок шёл прямо к середине реки, не проваливаясь, и Ёжик спрыгнул с берега, побежал следом и тоже не провалился, а Заяц не знал, как ему быть, но всё же спрыгнул, и тоже побежал, и догнал Ёжика с Медвежонком.
Они шли по лунной дорожке к середине реки, и Заяц боялся смотреть на свои дощечки; он чувствовал, что не может так быть, что ещё шаг, и он обязательно провалится, и потому Заяц шёл, задрав голову, и глядя на луну.
— Боишься? — спросил Ёжик.
— Боится, — сказал Медвежонок.
А Заяц думал, что стоит ему сказать слово, и он обязательно провалится, и поэтому молчал.
— Язык проглотил, — сказал Медвежонок.
— От страха, — сказал Ёжик.
— Да не бойся ты! — крикнул Медвежонок и провалился по колено.
Заяц вздрогнул и ещё выше задрал голову.
— Не бойся, — сказал Ёжик, подхватив Медвежонка.
Но Заяц всё равно не верил, что такое может быть, и дошёл до другого берега, ни разу не взглянув вниз, молча.
— Пошли назад, — сказал Медвежонок.
— Нет, — сказал Заяц. И вылез на берег.
— Чего ты боишься? — сказал Ёжик.
— Идём! — позвал Медвежонок.
Заяц помотал головой, а Ёжик с Медвежонком пошли на тот берег.
«Вот они идут на тот берег, — думал Заяц. — И не проваливаются. Но ведь такого не может быть». «Не может такого быть!» — неслышно крикнул Заяц.
— Ну, — сказал Медвежонок, когда они возвратились. — Прыгай!
Лунная дорожка золотой рыбой лежала поперёк реки. Голова её упиралась в тот берег, а хвост шевелился у самых заячьих лап.
— Не бойся! — сказал Ёжик.
— Прыгай! — крикнул Медвежонок.
Заяц смотрел на своих друзей и неслышно плакал. Он знал, что во второй раз ему уже ни за что не перейти реку.
Иллюстратор Наталья Демидова.