— Не для себя, для брата больного стараюсь.
— Это хорошо, — просияла Хэтен. — Забота о других — похвальна. Значит, ты — хороший человек! А как тебя зовут?
— Гамбо, охотник Подлеморья.
— Так продолжай же свои поиски, Гамбо. Сказала так и — повернула облако назад, уплыла дальше к гольцам.
— О, прекрасная повелительница Хэтен! — такими словами встретила госпожу девушка в шкуре рыси. — Я все делала для того, чтобы этот упрямец-охотник отступился от задуманной затеи, но его не останавливают никакие преграды!
— Они бессильны против него, — задумчиво произнесла Хэтен.
— И я признаюсь тебе, Янжима: мне нравится этот охотник. Сила его покорила меня. Я люблю сильных и благородных людей.
— Что ты говоришь, прекрасная Хэтен! — возмутилась Янжима. — Неужели ты допустишь, чтобы этот пришелец стал обладателем волшебных рогов Огайло? Они же принадлежат только тебе!
— Верно говоришь, Янжима. Но что я могу поделать! Я полюбила этого смелого, сильного охотника.
— Хэтен, одумайся! — вскричала Янжима. — Ведь одолеть его — это в твоих силах… Достоин ли он твоей любви?
— Да, достоин! — твердо сказала Хэтен. — И пусть он стремится сюда, посмотрим, что будет дальше.
Гамбо между тем шел и шел через буреломы и лишайники, через бурные стремительные потоки и каменные россыпи к заветной цели. Показалось знакомое ущелье. Глянул на утес Гамбо и обомлел: на нем стоял, как и прежде — спокойно, тот самый неуязвимый снежный баран.
«Огайло! — воспрянул духом Гамбо. — Ну, теперь ты не уйдешь от моего аркана, — заговорил Гамбо. — Я скраду тебя во что бы то ни стало и вернусь с волшебными рогами к брату: быть ему здоровым и сильным!»
— Не утруждай себя напрасно, Гамбо, — послышался из расщелины голос Хэтен. — Подойди ко мне, я сама подарю тебе волшебные рога Огайло.
Чего-чего, а этого никак не ожидал Гамбо! Едва владея собой от волнения, Он послушно поднялся на утес.
— Не замечаешь перемены? — спросила Хэтен охотника, кивая на Огайло.
На голове барана красовались обыкновенные рога, а волшебные держала в руках Хэтен.
— На доброе дело и доброму человеку добра не жаль.
— О, как ты сама добра, Хэтен, — осмелел Гамбо. — И как я тебе благодарен! Чем же я смогу отплатить тебе за твою доброту!
— А может, она и для меня обернется добротой, — загадочно сказала Хэтен. — Ведь благодарна-то я!
— Кому-же?
— Моему Огайло!
Хэтен подошла к снежному барану и обняла его за шею.
— А ему-то за что? — спросил Гамбо.
— За то, что он привел меня к встрече с тобой. Взмахнула Хэтен желтым платочком, и облако опустилось с неба.
— Вот мы сейчас и отправимся к тебе, Гамбо, — сказала Хэтен и обратилась к Янжиме, — не забудь взять с собой заветное одеяние!
Сели они втроем на облако и поплыли по небу. Внизу под ними щетинилась темно-зеленая тайга, извилистыми серебряными ленточками тянулись реки. И далеко позади остался утес, на котором стоял и глядел вслед удалявшемуся облаку снежный баран.
— Прощай, Огайло! — помахала ему рукой Хэтен. — Ты не будешь на нас в обиде: в дар тебе я оставляю недоступное для охотников пастбище, где ты будешь в полной безопасности и как вожак любим всеми твоими сородичами.
Приблизился берег моря. И видит Гамбо — стоит внизу около юрты его мать, Аюна, и смотрит вверх.
— Встречает нас! — сказал Гамбо и помахал ей рукой.
Опустилось облако, сошли на землю с волшебными рогами Гамбо, Хэтен вся в розовом и Янжима в шкуре рыси, а само облако тут же бесследно растаяло.
— Дети вы мои родные, как я вам всем рада! — запричитала Аюна. — Проходите в юрту!
Гамбо первым делом подбежал к лежащему на шкурах брату.
— Ну, Бадма, достал я тебе рога снежного барана. Быть тебе богатырем! — и подвесил рога над изголовьем постели брата.
Прошел месяц. За это время Бадма встал на ноги и превратился в крепкого и сильного богатыря. Выздоровление Бадмы стало настоящим праздником.
В честь его Янжима сбросила с себя шкуру рыси, надела пышное, усыпанное блестками золота одеяние.
Преобразившись, Янжима стала еще прекраснее.
Увидев ее в таком наряде, Бадма не смог сдержаться от восхищения:
— Прекраснее тебя нет цветка, Янжима! Какое счастье хотя бы только разок посмотреть на тебя!
— А почему бы не всегда? — слукавила Янжима.
Так оно и вышло. Вскоре сыграли две свадьбы. И не было на свете людей счастливее Гамбо с Хэтен и Бадмы с Янжимой. Часто потом вспоминали они о злоключениях в баргузинской тайге охотника за волшебными рогами и поминали добрым словом Огайло — неуязвимого снежного барана.
Иллюстратор Бардина Р.